<<
>>

Заключение эксперта: процессуальная форма, структура и содержание

Как указано в ст. 25 ФЗ ГСЭД, на основании проведенных исследо­ваний с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его.
Если судебная экспертиза производилась в государственном или негосу­дарственном судебно-экспертном учреждении, подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью этого учреждения. Под­пись частного эксперта по усмотрению лица или органа, назначивших судебную экспертизу, может быть заверена.

Законодатель регламентирует содержание заключения судебного эксперта лишь в самых общих чертах. В заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены:

1) время и место производства судебной экспертизы;

2) основания производства судебной экспертизы;

3) сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспер­тизу;

4) сведения о судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фами­лия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы;

5) предупреждение эксперта в соответствии с законодательст­вом РФ об ответственности за дачу заведомо ложного заключения;

6) вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экс­пертов;

7) объекты исследований и материалы дела, представленные экс­перту для производства судебной экспертизы;

8) сведения об участниках процесса, присутствовавших при про­изводстве судебной экспертизы;

9) содержание и результаты исследований с указанием применен­ных методов;

10) оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.

Посвященные заключению судебной экспертизы ст. 86 АПК РФ, ст. 204 УПК РФ, ст. 86 ГПК РФ, п. 5 ст. 26.4 КоАП РФ довольно близки по содержанию ст. 25 ФЗ ГСЭД. В них указывается, что заключение дается экспертом только в письменной форме, подписывается им и должно содержать подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставлен­ные следствием и судом вопросы.

Если в процессе производства экспер­тизы экспертом будут установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Заключение судебной экспертизы, форма и содержание которого практически не различаются в уголовном, гражданском и арбитраж­ном процессе, традиционно имеет определенную структуру и обычно состоит из нескольких частей.

Во вводной части содержатся:

1) номер и наименование дела, по которому назначена экспертиза;

2) краткое описание обстоятельств дела, имеющих отношение к исследованию;

3) сведения об органе и лице, назначившем экспертизу, правовых основаниях для назначения экспертизы (постановление или опреде­ление);

4) наименование экспертного учреждения, исходные сведения о лице (или лицах), производившем экспертизу (фамилия, имя, отчество, образование, экспертная квалификация, ученая степень, звание, стаж экспертной работы);

5) род и вид экспертизы.

Далее перечисляются поступившие на экспертизу материалы, способ их доставки, вопросы, вынесенные на разрешение экспер­та. Вопросы, разрешаемые экспертом по собственной инициативе, также приводятся во вводной части заключения. Если экспертиза комиссионная, комплексная, дополнительная или повторная, это указывается во вводной части заключения, где также излагается, когда и кем проводились предшествующие экспертизы, к каким выводам пришли эксперты и каковы основания назначения повторной или дополнительной экспертизы.

Вопросы, выносимые на разрешение эксперта, приводятся во ввод­ной части без каких-либо изменений их формулировки. Если эксперт считает, что некоторые из них выходят (частично или полностью) за пределы его специальных знаний или для ответа на эти вопросы спе­циальные знания не требуются, он отмечает это в заключении.

К сожалению, зачастую формулировки вопросов не соответствуют общепринятым рекомендациям. При этом часто, если смысл вопроса понятен эксперту, последний дает вопрос в собственной редакции в соответствии со своими специальными знаниями.

Подобная практика распространена в экспертно-криминалистических подразделениях ор­ганов внутренних дел и основана на п. 30 Инструкции по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации , где говорится: «В случае необходимости эксперт имеет право изменить редакцию вопросов, не изменяя их смысл».

Однако, как нам представляется, это достаточно вольная трактовка права эксперта выйти за пределы экспертного задания и ответить на вопросы, которые не были поставлены на его разрешение. К слову сказать, формулировка вопроса, данная экспертом, зачастую бывает не шире, а уже вопроса, поставленного на его разрешение первона­чально.

Ни в одном процессуальном кодексе, равно как и ФЗ ГСЭД, судеб­ному эксперту не предоставляется право переформулировать вопросы, выносимые на его разрешение. Он может только обратиться к следо­вателю или суду с ходатайством о предоставлении дополнительных материалов. Но можно ли считать уточнение вопросов предоставлением дополнительных материалов, ведь вопросы уже зафиксированы в про­цессуальном документе — постановлении (определении) о назначении судебной экспертизы? Этот документ принимается в соответствии с определенной процессуальной процедурой.

На практике такая проблема возникает ежедневно по всем кате­гориям дел. Например, при рассмотрении в арбитражном суде дела, связанного с пожаром на промышленном объекте, перед экспертом был поставлен вопрос: «Как соотносится с пожаром оплавление медной проводки?» В соответствии с методикой исследования метал­лических проводников в зонах короткого замыкания и термического воздействия эксперт переформулировал вопрос и дал его в следующей редакции: «Какова природа оплавления медных проводников? Если оплавление вызвано коротким замыканием, то произошло ли оно до начала пожара или в процессе его развития?» Ясно, последние два вопроса сформулированы корректнее. Но позволяют ли ответы на них решить экспертную задачу, поставленную судом во всей ее полноте? Эксперт дал на сформулированный им самим вопрос категорический ответ, что оплавление медной электропроводки произошло в результате короткого замыкания до начала пожара. Однако это совсем еще не оз­начает, что пожар возник именно вследствие короткого замыкания. Да и само это короткое замыкание могло иметь место задолго до пожара и вне связи с ним. В нашей практике имел место случай, когда короткое замыкание в цехе готовой продукции на фабрике произошло за год до пожара. А электропроводку, проложенную под потолком, просто не стали менять, а проложили новую по специальным лоткам вдоль стен. В приведенном примере суд интересовал вопрос как раз о наличии причинно-следственной связи аварийного режима работы электро­проводки и возникновения пожара. Но эксперт не дал ответа именно на него. В результате его категорический вывод не имел практически никакого доказательственного значения.

Опасность подобного «редактирования» экспертом вопросов, поставленных на его разрешение, заключается еще и в том, что в суде вывод эксперта может быть истолкован неоднозначно. Эксперт, при­водя собственную редакцию вопроса, как правило, далеко не всегда объясняет, почему он это делает.

Представляется, что пока судебный эксперт не наделен законо­дателем правом переформулировать вопросы, вынесенные на его разрешение, меняя содержание вопросов, эксперт выходит за пределы своей компетенции. По нашему мнению, если вопросы, поставленные на разрешение экспертизы, сформулированы некорректно с точки зрения теории и методики судебной экспертизы, эксперту следует уведомить об этом в определенный срок субъекта, назначившего экспертизу. Сотрудник судебно-экспертного учреждения согласует необходимость изменения формулировки вопросов с руководителем учреждения, который в свою очередь извещает об этом субъекта, на­значившего экспертизу.

В исследовательской части заключения обычно подробно описы­вается:

1) вид упаковки представленных на экспертизу объектов, ее целост­ность, реквизиты;

2) состояние этих объектов и сравнительных образцов;

3) процесс исследования по стадиям с описанием его методики, условий применения тех или иных методов.

На основании проведенного исследования дается научное объясне­ние выявленных диагностических и идентификационных признаков, причем это описание должно быть логически обоснованным и подво­дить к окончательным выводам.

Если экспертиза была комплексной или в ходе ее выполнялись комплексные исследования, исследовательская часть завершается так называемой синтезирующей частью, где эксперты, являющиеся специалистами в разных родах или методах экспертизы, обобщают раздельно полученную информацию для формулирования общего ответа на поставленный вопрос.

В последней части заключения излагаются выводы, т. е. даются ответы на вопросы, поставленные на разрешение экспертизы. При невозможности решения какого-либо вопроса эксперт должен в ис­следовательской части заключения указать причины отказа. Выводы об обстоятельствах, по которым следователем не были поставлены во­просы и которые эксперт приводит в рамках экспертной инициативы, излагаются в конце заключения.

Вывод - это краткий, точно сформулированный, не допускающий неоднозначного толкования ответ эксперта на поставленный вопрос. Формулирование выводов происходит на двух уровнях:

• по ходу исследования эксперт формирует определенное сужде­ние, которое ложится в основу промежуточного вывода;

• после завершения всех исследований формулируются оконча­тельные выводы.

С гносеологической точки зрения выводы эксперта должны удовлетворять принципам квалифицированности, определенности, доступности .

Экспертные выводы по определенности подразделяются на катего­рические и вероятные (предположительные).

Категорический вывод — это достоверный вывод о факте независимо от условий его существования, например, категорическими положи­тельными будут выводы, что подпись в завещании выполнена граж­данином Н. или след обуви на месте происшествия образован левым ботинком гражданина М. Категорическим отрицательным может быть, например, вывод о том, что водитель не имел технической возможности избежать наезда на пешехода.

Если эксперт не находит оснований для категорического заклю­чения, выводы носят вероятный, т. е. предположительный, характер. Вероятный вывод представляет собой обоснованное предположение (гипотезу) эксперта об устанавливаемом факте и обычно отражает не­полную внутреннюю психологическую убежденность в достоверности аргументов, среднестатистическую доказанность факта, невозможность достижения полного знания. Вероятнее выводы допускают возмож­ность существования факта, но и не исключают абсолютно другого

(противоположного) вывода. Например, наиболее вероятно, что пожар возник от малокалорийного источника тепла — тлеющего табачного изделия. Причинами вероятных выводов могут быть неправильное или неполное собирание объектов, подлежащих исследованию, утрата или отсутствие наиболее существенных, значимых признаков следов, недостаточное количество сравнительных материалов, неразработан­ность методики экспертного исследования и др.

С содержательной стороны имеется некоторое различие между гносеологическими характеристиками категорических и вероятност­ных выводов. В первом случае категорический вывод основан на убежденности эксперта, что его выводы истинны, однозначны и не допускают иного толкования. Во втором - убежденность в невоз­можности по тем или иным причинам дать категорический ответ на поставленный вопрос.

По отношению к установленному факту экспертный категориче­ский или вероятный вывод может быть утвердительным (положитель­ным) и отрицательным, когда отрицается существование факта, по поводу которого перед экспертом поставлен определенный вопрос.

По характеру отношений между умозаключением и его основанием выводы подразделяются на условные («если... то...») и безусловные. Без­условный вывод - это признание факта, не ограниченное какими-либо условиями. Условный вывод означает признание факта в зависимости от определенных обстоятельств, достоверности предшествующих знаний, доказанности других фактов, например текст документа вы­полнен не на данном матричном принтере, при условии что принтер не подвергался ремонту. Такой вывод также может высказываться в категорической и вероятной форме.

Если в результате экспертного исследования не удалось прийти к единственному варианту решения вопроса, эксперт формулирует альтернативный вывод. Альтернативный вывод предполагает сущест­вование любого из перечисленных в нем взаимоисключающих фактов. Такой вывод — это строго разделительное суждение, указывающее на возможность существования любого из перечисленных в нем взаимо­исключающих фактов, необходимость выбора следователем (судом) какого-либо одного из них и признания его имевшим место в дейст­вительности. Альтернативные выводы допустимы, когда названы все без исключения альтернативы, каждая из которых должна исключать другие (и тогда от ложности одного можно логически прийти к ис­тинности другого, от истинности первого — к ложности второго). Например, эксперт пожарно-технической экспертизы делает вывод о возникновении пожара в результате занесения постороннего источни­ка огня, поскольку ему удалось исключить все остальные возможные механизмы возникновения и развития горения на объекте, а именно: возможности возникновения пожара от самовозгорания, аварийных режимов работы электросети, неконтролируемых сил природы элек­тростатического электричества и др.

Противоположными альтернативным являются однозначные выво­ды эксперта, обладающие только одним значением — категорические выводы, в которых утверждается или отрицается какой-либо факт. На­пример, категорический вывод судебной автороведческой экспертизы, что данное анонимное письмо написано гражданином Н.

Эксперт может сделать вывод и о невозможности решения вопроса, поставленного на его разрешение уполномоченным лицом или орга­ном, например, из-за отсутствия методики исследования, неполноты (некачественности) объектов и других материалов, предоставленных в его распоряжение, и т. д.

В основу судебного решения по делу могут быть положены только категорические выводы. Следовательно, только они имеют доказатель­ственное значение. Заключение с категорическими выводами служит доказательством по делу. Вероятное заключение не может быть дока­зательством, а лишь позволяет получить ориентирующую, поисковую информацию, подсказать версии, нуждающиеся в проверке. Вероятные выводы ни в коем случае не должны игнорироваться, их необходимо использовать, но продуманно и осторожно, поскольку они не исклю­чают существования противоположных вариантов по делу.

Экспертное заключение может быть иллюстрировано фотосним­ками, оформленными в виде фототаблиц, схемами, диаграммами, чертежами и другими наглядными материалами, которые рассматри­ваются как составная часть заключения. Приобщается также справка о расходах на экспертизу для включения их в судебные издержки. Текст заключения, выводы и иллюстративные материалы (каждая страница) подписываются экспертом, выполнившим исследование.

<< | >>
Источник: Е. Р. Российская, Е. И. Галяшина. Настольная книга судьи: судебная экспертиза.. 2010

Еще по теме Заключение эксперта: процессуальная форма, структура и содержание:

  1. §3. Содержание, форма и порядок заключения мирового соглашения
  2. Статья 86. Заключение эксперта
  3. Статья 86. Заключение эксперта
  4. 2.4. Заключение эксперта
  5. Использование заключения эксперта-бухгалтера
  6. 7.3. Заключение эксперта
  7. Исследование заключения эксперта
  8. Оценка заключения эксперта судом, помощь специалиста
  9. Статья 19.26. Заведомо ложное заключение эксперта 1.
  10. 3.3. Заключения экспертов
  11. 3.3. Заключения экспертов
  12. Эксперт судебно-бухгалтерской экспертизы, его процессуальный статус и компетенция
  13. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА (СУДЕБНО-МЕДИЦЙНСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ)
  14. Вопрос 7. Гражданская процессуальная форма
  15. § 2. Гражданская процессуальная форма
  16. Особенности процессуального статуса эксперта в уголовном, гражданском и арбитражном процессе, производстве по делам об административных правонарушениях