<<
>>

Усмотрение суда при толкованиинорм права

Вначале обратим внимание на неоднозначность термина «толкование». В гуманитарных науках им обозначается способ познания различных объектов человеческой культуры (интерпретация произведений искусства, культурного значения материальных объектов, созданных человеком, и т.п.) или понимание различного рода языковых текстов

ральным толкованием».

Ограничительное, наоборот, старается не объяснять слова с точки зрения их полного смысла для того, чтобы не противоречить намерению законодателя1.

Общему праву также известны:

-предопределенное («predestined») толкование, которое имеет место в том случае, если правоприменитель объясняет текст с позиции своих личных взглядов или желаний. Данное толкование включает в себя творческое пояснение смысла текста, которое до данного момента никем не давалось;

-свободное или неограниченное («free», «unrestricted») толкование, основывающееся на общих принципах добросовестности, не связанное иными специальными правилами;

-экстравагантное («extravagant») толкование, которое устанавливает смысл, противоположный действительному;

- языковое («literal») толкование, связанное с формулировкой или характером текста, заставляющим принимать слова в их самом узком значении2.

Современная отечественная общая теория права поясняет, что «под толкованием права понимается, во-первых, определенный мыслительный процесс, направленный на установление смысла (содержания) норм права... во-вторых, результат указанного мыслительного процесса, выраженный в совокупности суждений (грамматических предложений), в которых раскрывается, отражается содержание толкуемых норм.. .»3.

Среди способов толкования отечественная теория права выделяет языковой, систематический, логический, исторический и функциональный. Первый основывается на знании языка, на котором сформулированы нормы права, на использовании правил синтаксиса, морфологии, словоупотребления.

Второй — на таком свойстве правовых норм, как их системность. Он предполагает установление смысла норм права на основе использования знаний о логических связях с другими нормами. Третий способ толкования -~ это такой мыслительный процесс, в ходе которого интерпретатор с помощью логических приемов оперирует материалом самой нормы права, не обращаясь к другим средствам толкования. В результате таких операций общее, абстрактное содержание

правовой нормы приобретает более конкретный, развернутый характер, приближенный к конкретной ситуации. При логическом способе толкования применяются различные приемы: логическое преобразование, логический анализ понятий, умозаключения степени, выводы по аналогии, выводы от противного, доведение до абсурда и т.д. Четвертый способ толкования имеет цель установить смысл нормы права исходя из условий, обстоятельств их возникновения. При этом интерпретатор опирается на знания о конкретно-исторических условиях, обстановке, причинах и поводах, вызвавших принятие толкуемого акта для определенных целей и задач, которые преследовал законодатель, издавая его. Функциональный способ толкования опирается на знание факторов и условий, в которых действует, применяется толкуемая норма права. При функциональном толковании используются оценки и аргументы, относящиеся к сфере политики, правосознания, морали и т.д. Судом может применяться любой из способов толкования.

По объему отечественная общая теория права различает буквальное, распространительное и ограничительное толкование, каждое из которых может осуществляться судом.

По субъектам выделяется официальное и неофициальное толкование. Официальное толкование подразделяется на аутентическое и делегированное, казуальное и нормативное1, Разновидностью неофициального толкования является доктринальная интерпретация, Судом как одним из субъектов осуществляется казуальное и нормативное толкование.

Таким образом, из вышеизложенного вытекает, что ученые различных правовых систем приходят к похожим выводам при рассмотрении проблемы толкования права.

Перейдем к исследованию толкования права, осуществляемого судом

Из материала, рассмотренного выше, следует, что суд осуществляет казуальное и нормативное толкование с применением любого из указанных способов и видов толкования. Изучаемая проблема требует разрешения вопроса о применении судейского усмотрения в процессе интерпретации норм права судом.

Исследованием указанной проблематики занимаются ученые различных правовых систем.

В зарубежном праве о принципах толкования говорится следующее: «Положения законов толкуются в соответствии с естественным смыслом употребленных в них терминов, но в случаях, когда их текст может быть истолкован по-разному, он толкуется в интересах осуществления общих целей, сформулированных в настоящей статье, и специальных целей толкуемого положения. Предоставляемое законом право на усмотрение осуществляется в соответствии с установленными законом критериями, а в тех пределах, в которых эти критерии не имеют решающего значения, - в интересах осуществления общих целей, сформулированных в настоящей статье»1.

Выделим основные выводы, к которым приходят зарубежные специалисты по проблеме применения судейского усмотрения при толковании юридических норм.

Во-первых, в процессе толкования может осуществляться судейское усмотрение. Интерпретация, как отмечают правоведы стран общего права, «включает в себя как минимум уяснение смысла, содержания правовой нормы, характеристику поставленной проблемы и установления, разрешает ли данная правовая норма выделенную проблему»2. Даже в том случае, если правовая норма имеет ясное значение, есть возможность для осуществления усмотрения не только при оценке применимости данной нормы, но также в процессе вывода о правильности применения усмотрения. «Факты, ~ указывает Д. Галлиган (D.J. Galligan), -могут быть установлены только с помощью неполноценных средств, полагаясь на неполноценные процедуры - на основе доказательств, полученных от других субъектов, оценки чьего-то восприятия и понимания, классификации данного восприятия...

кроме того существуют ограничения в сроках, которые должны быть соблюдены в точности... любая правовая проблема требует оценки и разрешения с помощью предусмотренных средств на основании имеющихся доказательств. Понимание в таком смысле дает возможность говорить об усмотрении при установлении фактов до делу. Проще говоря, при применении юридических предписаний к фактам судья должен установить как содержание,

значение правовой нормы, так и характеристику фактов с точки зрения содержания нормы»1.

Во-вторых, большинство правоведов определяют усмотрение в качестве власти или властного полномочия. Дж. Комарофф (J.L. Comaroff) и С. Роберте (S. Roberts) указывают, что повышенное внимание правоведов к проблеме осуществления судейского усмотрения при толковании юридических норм объясняется «областью выбора, предоставленной неопределенностью в правовом регулировании, которая создает возможность для осуществления властных полномочий»2. На основании данного общего положения иностранные специалисты полагают, что осуществление усмотрения в процессе интерпретации зависит от того, будет ли в дальнейшем пересматриваться вынесенное судом решение.

Такие авторы, как Р. Дворкин (R.M. Dworkin)3, С. Ковэл (S.C. Coval), Дж. Смит (J.C. Smith)4 считают, что выбор, осуществляемый в процессе толкования юридических норм, должен быть окончательным, не подлежащим пересмотру. При этом интерпретатор осуществляет «слабое усмотрение» («weak discretion»). Наряду с этим ими выделяются положения, закрепленные в законах, в отношении надлежащего толкования которых возможна проверка в вышестоящих судебных инстанциях. Подобная интерпретация не является окончательной и не содержит в себе усмотрительного элемента. Похожую точку зрения высказывают и зарубежные судьи. Например, судьи Германского Конституционного суда проводят различие между правильным толкованием «неопределенных правовых концепций», которое является предметом строгого контроля в вышестоящих судах, и «усмотрением», которое не является таковым . Рассуждения на данную тему продолжают такие специалисты, как Ф, Мэйер (F.

Mayer) и Ф. Коп (F. Корр). Ученые указывают, что для того, чтобы усмотрение являлось социальной властью, оно должно выступать в качестве неоспариваемого и неизменяемого полномочия по вынесению решения. Усмотрение, по мнению правоведов, «включает в себя чувство ответственности, а не является просто разрешением спора

между субъектами, являющимися частью общества»1. Таким образом, второй вывод, к которому приходят зарубежные специалисты, связан с определением discretio как власти, властного полномочия и заключается в том, что толкование юридических норм осуществляется по усмотрению тогда, когда оно является окончательным и не пересматривается вышестоящими судебными инстанциями. В противном случае интерпретация не содержит в себе усмотрения.

Зарубежные специалисты подчеркивают значение проводимого различия и вместе с тем отмечают, что оно порождает ряд сложностей.

Так, Э. Бетти (Е. Betti) указывает, что «усмотрение является концепцией, включающей в себя различные степени выбора в толковании текстов юридических норм или в применении их»2. Ученым выделяются несколько вариантов усмотрения. «Независимое усмотрение» («sovereign discretion») включает в себя свободу выбора при вынесении решения и средств его достижения. «Исполнительное усмотрение» («administrative discretion») состоит в осуществлении выбора в рамках достижения определенных целей. «Техническое усмотрение» («technical discretion») представляет собой выбор одного возможного способа из ряда предлагаемых. Примеряя данные варианты к процессу толкования, Э. Бетти (Е. Betti) отмечает, что при интерпретации может осуществляться «независимое усмотрение», распространительное толкование юридической нормы в целях ее соответствия конкретным обстоятельствам, или просто «оценка», разрешение вопроса о применимости нормы. В том случае, когда смысл и содержание правового стандарта являются достаточно ясными, то, по мнению ученого, остается небольшая возможность для осуществления не просто «оценки». В этом случае позволительно говорить о применении «слабого усмотрения».

Э. Бетти (Е. Betti) указывает, что «неполная юридическая норма или неполнота ее содержания могут приводить к более высокой степени выбора, который не укладывается в «независимое усмотрение», или «сильное усмотрение», как его именует Р.М, Дворкин (R.M. Dworkin), но может включать в себя создание серьезных стандартов-установок»3.

Дж. Бэлл (J. Bell) считает, что «чем более судья должен оценивать соответствующие цели или не следовать одной из них как несостоятельной и чем в большей степени он должен рассматривать не просто техническую возможность применения конкретных средств для достижения поставленных целей, а исследовать их всестороннее действие, делать выводы об отказе от некоторых из них, тем более соответствующим является определение «усмотрения как стандарта-установки» по сравнению с «усмотрением как разрешением дела»». Вместе с тем, делает еще один вывод ученый, исключить «оценку» или буквальное толкование из центрального смысла усмотрения нельзя1.

А. Барак рассматривает проблему толкования в рамках изучения материальных источников судейского усмотрения. В процессе исследования специалист приходит к нескольким выводам. Во-первых, он выделяет язык статутной нормы как источник неопределенности и судейского усмотрения. Во-вторых, поскольку «толкователь - не просто языковед»2, ученый рассматривает правила толкования и отмечает, что «вопрос не в том, требует ли данная статутная норма по своим условиям судейского усмотрения, а скорее в том, требует ли усмотрения это самое правило после того, как оно прошло через толковательные фильтры»3. А. Барак указывает, что принятые правила толкования недостаточны по своей структуре, чтобы исключить всякое судейское усмотрение в интерпретации и применении статутной нормы. Причину этого специалист видит в том, что правила толкования сами по себе суть правовые правила. Как и любое другое правовое правило, они также выражены в словах, и неопределенность, характеризующая при интерпретации слова нормы, описывает также и формулировку толковательной нормы. В-третьих, ученый связывает с неопределенностью в отношении обстоятельств применения правила толкования. Он указывает, что «некоторые правила толкования применяются только в случае, если язык статута неясен и двусмыслен или если ясный и недвусмысленный язык статута ведет к абсурду или результату, который очевидно нелогичен. Если существуют эти условия, нужно обратиться к заголовку правопо-ложения, взвесить логические доводы, добавить или исключить слова, ознакомиться с историей законодательства и искать помощи в намере-

ниях законодателя»1. В четвертых, вывод ученым связывается с неопределенностью содержания некоторых правил толкования, в частности: «замысел законодательства», «общие принципы». А. Барак указывает, что «иногда в отношении применимости правила толкования не существует никакого усмотрения. Тем не менее возникают вопросы относительно содержания правила. Здесь также в изобилии обстоятельства, при которых содержание правила толкования не вызывает... никакого сомнения, однако есть другие ситуации, в которых сама природа предписания, установленного в правиле толкования, неопределенна, и тем самым создается ситуация судейского усмотрения. Не исключено и судейское усмотрение, процветающее на почве неопределенности толкуемой нормы. В этой области есть два ключевых примера. Один относится к понятию замысла законодательства. Второй имеет дело с приемлемыми ценностями, используемыми при толковании»2. В-пятых, А. Барак устанавливает, что усмотрение применяется судом при определении, действует ли в настоящее время конкретное правило толкования.

Таким образом, общий вывод ученого состоит в том, что судейское усмотрение в процессе толкования осуществляется двояко: во-первых, применительно к конкретной правовой норме, регулирующей возникшее правоотношение; во-вторых, относительно осуществления правил толкования.

Представляется, что заключения зарубежных специалистов применимы к отечественному гражданскому и арбитражному процессам в пределах вывода об осуществлении судейского усмотрения в процессе толкования норм права и бесспорно являются фундаментом для исследования, которое будет проводиться ниже.

Среди отечественных правоведов применение усмотрения суда при толковании норм права рассматривает Д.Б. Абушенко. Он полагает, что в процессе толкования правовой нормы «вряд ли имеет смысл... говорить об усмотрении правоприменителя»3. Ученый указывает, что усмотрение ориентировано на «нечто единичное, на его индивидуальность, специфику. Правовая же норма (вне зависимости от того, общая она или специальная) как правило поведения всегда рассчитана на неопределенное количество случаев. И потому имеется какое-то противо-

речие, когда действительная или мнимая несвязанность правоприменителя в процессе толкования рассматривается именно как усмотрение»1. Подобный вывод российского ученого не представляется верным, но логически неизбежен в связи с тем, что Д.Б. Абушенко, как и зарубеж-ные ученые, считает усмотрение свободой, а в отечественном гражданском и арбитражном судопроизводстве в отличие от стран общего права в процессе толкования норм права суд таковой не обладает.

Исследования, проведенные учеными, приводят к выводу, что в рамках разрешения проблемы применения судейского усмотрения при интерпретации судом норм права в российском гражданском и арбит-ражном процессах необходимо рассмотреть положение о видах, спосо-бах толкования и усмотрении суда.

<< | >>
Источник: Папкова О.А.. УСМОТРЕНИЕ СУДА. 2005

Еще по теме Усмотрение суда при толкованиинорм права:

  1. Виды, способы толкования и усмотрение суда
  2. Судебное доказывание и усмотрение суда
  3. Рассмотрим указанные виды в их связи с усмотрением суда.
  4. Пределы выбора при осуществлении судейского усмотрения
  5. Установление допустимости доказательств и усмотрение суда.
  6. Папкова О.А.. УСМОТРЕНИЕ СУДА, 2005
  7. II. ИЗУЧЕНИЕ СУДЕЙСКОГО УСМОТРЕНИЯ В ЗАРУБЕЖНОЙ НАУКЕ ПРАВА И СОЦИОЛОГИИ
  8. Статья 64. Сохранение договора социального найма жилого помещения при переходе права собственности на жилое помещение, права хозяйственного ведения или права опе-ративного управления жилым помещением
  9. § 3. Переход права на земельный участок при переходе права собственности на расположенные на нем здания, строения и сооружения
  10. § 8. Прекращение права собственности на недвижимость или права собственности на земельный участок при прекращении права пользования земельным участком
  11. III. ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДЕЙСКОГО УСМОТРЕНИЯ
  12. Форма жалобы на постановление суда о лишении права управления транспортным средством сроком от 1,5 до 2 лет на основании ст. 12.9 ч. 1 КоАП РФ