<<
>>

§ 6. Судебный контроль и прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью

До распада СССР и обретения Россией полного государственного суверенитета (1991 г.) оперативно-розыскная деятельность (ОРД) проводилась в широком масштабе (прослушивание телефонов, про­смотр писем, обследование жилищ и установка в них аудио-, видео- и прочей аппаратуры, наружное наблюдение и др.).
Однако законо­дательством такие меры не были предусмотрены.

Оперативно-розыскной порядок действий, ограничивающих право на частную жизнь граждан, был введен Законом РФ “Об опе­ративно-розыскной деятельности в Российской Федерации”, при­нятым Верховным Советом РФ 13 марта 1992 г., а также Законом РФ “О федеральных органах государственной безопасности”, при­нятым Верховным Советом РФ 8 июня 1992 г. В дальнейшем право проведения оперативно-розыскных мероприятий получили в пре­делах своей компетенции Служба внешней разведки, Налоговая по­лиция, Федеральная служба правительственной связи и информа­ции (ФАПСИ), Федеральная пограничная служба, Главное управле­ние охраны РФ, Служба безопасности Президента РФ. В результате принятия этих законов была легализована негласная оперативно­розыскная деятельность (ОРД). Резко возросло число органов госу­дарства, правомочных проводить такую деятельность. Судебный

контроль за органами ОРД отсутствовал. Прокурорский надзор об­ладал ограниченными возможностями, поскольку прокурору не предоставлялись сведения об агентах и информаторах, тактике, средствах и методах оперативной работы.

В декабре 1993 г. была принята новая российская Конституция, провозгласившая право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, в частности тайну переписки, телефон­ных и иных сообщений, неприкосновенность жилища (ст. 23-25). В соответствии с Конституцией эти права могут быть ограничены в установленных федеральным законом случаях на основании су­дебных решений. Таким образом, сфера всех этих правоограниче­ний, необходимых в основном для раскрытия преступлений, факти­чески определяется не Конституцией, а федеральным законода­тельством. С учетом положений Конституции были приняты Феде­ральные законы: от 5 июля 1995 г. ”06 оперативно-розыскной деятельности”, от 3 июля 1995 г. “Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации” и некоторые другие. Эти законы сохранили возможность ограничений прав граждан, уста­новленных предыдущими законами. По-прежнему допускается оперативно-розыскная деятельность до возбуждения уголовного дела при отсутствии признаков преступления (ст. 2,8 Закона об ОРД 1995 г.).

В гл. VI Закона об ОРД, именуемой “Контроль и надзор за опера­тивно-розыскной деятельностью”, говорится, что ОРД подкон­трольна Президенту РФ, Федеральному Собранию РФ и Правитель­ству РФ в пределах, определяемых Конституцией и федеральными законами (ст. 20), и поднадзорна Генеральному прокурору РФ и уполномоченным им прокурорам (ст. 21). О судебном контроле в этой главе ничего не сказано, но в тексте Закона содержатся тре­бования о необходимости получения судебных решений на право проведения некоторых оперативно-розыскных действий, ограни­чивающих конституционные права граждан, и допускается воз­можность обжалования в суд решений и действий органов ОРД.

Контроль за деятельностью органов ОРД со стороны Президента, Федерального Собрания и Правительства законом не регламенти­рован, но, надо полагать, он может выражаться в предоставлении информации о работе органов ОРД и достигнутых результатах, о вы­явленных фактах, могущих представлять интерес для упомянутых органов и должностных лиц, отчетах руководителей органов ОРД и кадровых перемещениях.

Прокурорский надзор за ОРД претерпел некоторые изменения в связи с принятием Федерального закона от 5 января 1999 г.

“О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об опе­ративно-розыскной деятельности»”. Конкретизирован и расширен перечень объектов прокурюрского надзора. По требованию прокуро­ра соответствующие руководители органов ОРД должны представ­лять оперативно-служебные документы, включая дела оперативно­го учета, материалы о прюведении оперативно-розыскных действий с применением технических средств, а также учетно-регистра­ционную документацию и ведомственные нормативные правовые акты, регламентирующие порядок прюведения оперативно-розыск­ных мерюприятий. Как правило, эти правовые акты имеют гриф “секретно”. По этой причине надзор за законностью в ОРД осущест­вляют не любые, а специально уполномоченные прокуроры. Пара­доксально, что материалы для допуска прокурора к секретному су­допроизводству собирают как раз те самые органы, за которыми он будет надзирать.

Раньше (по закону об ОРД 1995 г.) прокуроры могли потребовать для проверки необходимые материалы в связи с информацией и об­ращением граждан относительно нарушения законов при проведе­нии ОРД. Теперь это ограничение снято, и прокуроры получили пра­во проводить проверки независимо от обращений граждан. Провер­ки проводятся в обычном общенадзорном порядке. Выявленные прокурором нарушения устраняются путем принесения протеста или направления представления в соответствующий орган ОРД (ст. 23, 24 Федерального закона от 17 ноября 1995 г. “О внесении из­менений и дополнений в Закон Российской Федерации «О прокура­туре Российской Федерации»”).

Федеральный закон 1999 г. “О внесении изменений и дополне­ний в Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельно­сти»” установил: сведения о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках органов ОРД, а также о лицах, оказывающих содействие этим органам на конфиденциальной основе, представляются прокурору только с письменного согласия перечисленных лиц. Но это лишает проку­рора возможности ознакомиться с теми оперативно-розыскными материалами, в которых указаны не псевдонимы, а подлинные име­на упомянутых лиц. По своей инициативе или под давлением на­чальства эти лица могут возражать против сообщения их имен про­курору, а это существенно сужает сферу прокурорского надзора и принижает роль прокурора, которому, видите ли, не все положено знать. С другой стороны, упомянутый Закон расширил возможно­сти прокурора, исключив из сведений, не представляемых прокуро­ру, данные об организации, тактике, методах и средствах осуществ­ления оперативно-розыскной деятельности (ч. 3 ст. 21 Закона об ОРД в редакции 1995 г.). Такие данные просто невозможно

скрыть от прокурора, если он осуществляет реальный, а не фиктив­ный надзор за законностью в ОРД.

Прокурору адресуются также жалобы, подаваемые лицами, кото­рые считают, что в ходе ОРД были нарушены их права (ч. 2 ст. 5 За­кона). Жалобы могут быть поданы в вышестоящий орган ОРД. а так­же в суд. Такая альтернативность позволяет органам государства снимать с себя ответственность за своевременное и правильное раз­решение жалоб. Поэтому их рассмотрение следовало бы отнести к исключительной компетенции суда. Одним из оснований проведе­ния оперативно-розыскных мероприятий являются указания про­курора, обязательные для органов ОРД (ч. 3 ст. 7 Закона об ОРД).

Прокурорский надзор за ОРД носит последующий характер, т. е. распространяется на случаи, когда то или иное оперативное меро­приятие или группа мероприятий уже проведены. Прокурор лично не принимает в них участия и не санкционирует их.

Правом санкционирования ряда оперативно-розыскных меро­приятий обладает суд. Его контроль над законностью ОРД носит уп­реждающий характер. Закон об ОРД предусматривает необходи­мость получения судебной санкции (судебного решения), разре­шающих ограничение конституционных прав граждан на тайну пе­реписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой свя­зи, а также на неприкосновенность жилища (ст. 9 Закона об ОРД). На основании судебного решения органы ОРД вправе подвергать за­держанию и осмотру все виды почтовых отправлений и снимать с них копии. Допустимы перехват и звукозапись не только телефон­ных, но и иных переговоров (сообщений), передаваемых с помощью современных технических средств (телекс, факс, радиотелефон и т. п.). Обследование жилищ возможно для обнаружения предметов и сведений, способствующих выявлению и раскрытию преступле­ний, а также для установки прослушивающих устройств. Под жи­лищем следует понимать всякое помещение, предназначенное или приспособленное для постоянного или временного проживания людей.

Закон об ОРД не определяет, чью переписку и чьи телефонные (иные) переговоры допускается контролировать, а также не содержит определения жилища и приравненных к нему помещении (гараж, са­лон и багажник автомобиля, надверные постройки и т. п.) и не указы­вает круг лиц, в жилища которых допускается входить. Для проведе­ния указанных действий достаточно возникшего у спецслужб подоз­рения, что именно таким образом они обнаружат признаки преступ­ления. Представляется, что этого недостаточно для проведения ОРД на законных основаниях.

Придя к выводу, что возникла необходимость проведения одного из указанных оперативных действий, соответствующий оператив­ный работник составляет постановление, утверждаемое руководи­телем спецслужбы, которое он передает для санкционирования су­дье. Закон не требует, чтобы перед передачей постановления в суд оно санкционировалось прокурором. Практика складывается таким образом, что прокуроры далеко не всегда оповещаются об обраще­ниях спецслужб в суд за получением разрешения на контроль за пе­репиской, телефонными переговорами и на проникновение в жили­ще и нс участвуют в рассмотрении таких обращений судом. В этом они усматривают нарушение своего права надзора за законностью в сфере ОРД. Конечно, можно понять их озабоченность, но вводить еще одно звено в систему получения санкций на проведение опера­тивных мероприятий, видимо, не имеет смысла. Достаточно после­дующего надзора прокуратуры за законностью в деятельности опе­ративных органов.

Представляется, что обращения оперативных органов в суд должны именоваться не постановлениями (постановляет суд, а не оперативный работник), а ходатайствами, которые должны быть надлежащим образом мотивированы. Закон об ОРД предусматрива­ет, что по требованию судьи ему могут представляться иные мате­риалы, касающиеся оснований проведения оперативно-розыскного мероприятия (ч. 3 ст. 9). С этим невозможно согласиться - такие ма­териалы должны представляться судье во всех случаях, а иначе принимаемое им решение нельзя считать обоснованным. Следует предусмотреть проверку такого рода материалов в официальном су­дебном заседании, которое должно быть закрытым. В нем должен участвовать и давать объяснения представитель органа, заявивше­го ходатайство.

Судебное решение должно содержать указание, в отношении ка­ких лиц разрешено проведение оперативного мероприятия и в тече­ние какого срока действует это решение. Закон об ОРД установил предельный срок действия судебного решения - шесть месяцев, если иное не указано в самом этом решении. Кроме того, допускает­ся возможность продления срока судом (ч. 5 ст. 9). Таким образом, продолжительность применения оперативно-розыскных мер прак­тически не ограничена, с чем также никак нельзя согласиться. Ор­ган ОРД вправе обратиться в вышестоящий суд при отказе судьи первой инстанции удовлетворить ходатайство о проведении опера­тивного мероприятия. Но неясно, в каком порядке это надо делать. Подается ли кассационная жалоба или производство в вышестоя­щем суде начинается как бы заново?

Процедура рассмотрения ходатайств о проведении оперативных действий в сущности не установлена, суды практически не отказывают в санкционировании таких действий, нс вникая в их существо. Судьям, как и прокурорам, не предоставляются сведения о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных не­гласных сотрудниках органов ОРД. лицах, оказывающих им содей­ствие на конфиденциальной основе, а также об организации и так­тике проведения оперативно-розыскных мероприятий. В этом ус­матривается некоторое недоверие к судьям, хотя разрешения на проведение ОРД выдают специально предназначенные для этого су­дьи, имеющие допуск к секретным данным.

Закон об ОРД 1995 г. предусматривает выдачу судебных решений на право проведения указанных выше оперативных действий лишь при условии, что имеются признаки подготавливаемого, совершае­мого или совершенного противоправного деяния, по которому про­изводство предварительного следствия обязательно (п. 1 ч. 2 ст. 8).

Если лицо, в отношении которого уголовное дело не было возбуж­дено или было прекращено по реабилитирующему основанию, счи­тает, что оперативно-розыскные мероприятия проводились неза­конно, оно вправе истребовать от органов ОРД сведения о характере полученной о нем информации. Но подавляющее большинство дел прекращается по нереабилитирующим основаниям, и в этих случа­ях заинтересованные лица не вправе получать информацию о про­слушанных переговорах и других оперативно-розыскных меро­приятиях. Решение органа ОРД об отказе в предоставлении инфор­мации может быть обжаловано в суд. Но в какой суд и при соблюде­нии какой процедуры? На эти вопросы Закон не отвечает.

В ч. 3 ст. 8 Закона об ОРД установлено, что в случаях, не терпя­щих отлагательства и могущих привести к совершению тяжкого преступления, а также при наличии данных о событиях и действи­ях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности РФ, оперативно-розыскное меро­приятие может бьггь проведено без санкции прокурора и суда на ос­новании одного лишь мотивированного постановления руководите­ля органа, осуществляющего ОРД. О проведении такого мероприя­тия в течение 24 часов должен быть уведомлен суд (судья). В течение 48 часов с начала проведения оперативно-розыскного мероприятия должно быть получено судебное решение, санкционирующее это мероприятие или обязывающее его прекратить (ст. 8).

Приведенная формулировка позволяет бесконтрольно осущест­вить практически любое оперативно-розыскное мероприятие. Во-первых, что такое случаи, не терпящие отлагательства? В Зако­не они не определены, и всякий оперативный сотрудник может

понимать их по-своему. Во-вторых, любой оперативник может ска­зать, что существовала угроза совершения именно тяжкого престу­пления. В-третьих, нельзя дать однозначное толкование понятий государственной, военной, экономической, экологической безопас­ности (они слишком широки). В-четвертых, зачем получать судеб­ное решение о проведении оперативного мероприятия, если оно уже проведено? Лучше сказать: суд проверяет законность проведенного мероприятия и может признать полученные данные недопустимы­ми, если возникнет вопрос об их использовании в качестве доказа­тельств в уголовном процессе.

Судебное решение на право проведения оперативно-розыскного мероприятия и материалы, послужившие основанием для его при­нятия, хранятся только в органах, осуществляющих оперативно­розыскную деятельность (ст. 12). Какое неуважение к суду! Он не вправе хранить у себя даже свои собственные решения.

Закон об ОРД допускает проведение оперативно-розыскных ме­роприятий по определению суда (ч. 3 ст. 7) и использование их ре­зультатов для подготовки и осуществления судебных действий (ст. 11). С этим вряд ли можно согласиться. Оперативные данные, как правило, используются для подкрепления позиций обвинения. Но суд в состязательном процессе не вправе становиться на эти позиции, поскольку выполняемая им функция разрешения дела не­совместима с функцией обвинения. После начала судебного разби­рательства ни оперативно-розыскная, ни следственная работа по переданному в суд делу не должна проводиться. Суд - учреждение открытое, а оперативно-розыскная деятельность, как правило, ве­дется закрыто, тайно. У суда и ОРД нет ичего общего. Суд преступле­ний не раскрывает, а лишь контролирует, раскрыты ли они. -

Но в ходе судебного разбирательства может возникнуть потреб­ность в обнаружении и изъятии предметов и документов, имеющих доказательственное значение по делу. В этих случаях надо предос­тавить суду право давать органам расследования (а не ОРД) поруче­ния на производство процессуальных действий, которые самим су­дом проведены быть не могут (обыск, выемка, эксгумация и т. п.). Протоколы таких действий вместе с изъятыми предметами и доку­ментами должны быть представлены суду.

<< | >>
Источник: Под ред. И.Л. Петрухина. СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ. 2003
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме § 6. Судебный контроль и прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью:

  1. § 4. Судебный контроль н прокурорский надзор при расследовании преступлений
  2. § 1. Понятие и правовые основы оперативно-розыскной деятельности
  3. 34.2. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И МЕТОДЫ ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  4. Глава III. СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ. ПРОКУРОРСКИЙ НАДЗОР И ОРГАНЫ РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ
  5. 3. Прокурорский надзор
  6. § 3. Планирование отдельных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий
  7. § 2. Прокурорский надзор
  8. § 2. Прокурорский надзор
  9. Статья 24.6. Прокурорский надзор
  10. 8.5. Прокурорский надзор за соблюдением налогового законодательства
  11. § 2. Первоначальные следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия по делам данной категории
  12. § 5. Использование методики «словесного портрета» в следственной и оперативно-розыскной практике. Фотопортретная экспертиза
  13. § 3. Взаимодействие следователя и оперативно-розыскных органов с общественностью при расследовании преступлений