<<
>>

2.2.3. Конвенционное развитие МИП

В течение всех предыдущих этапов развития государства на двусторонней основе шаг за шагом приближались к наиболее оптимальным формам и методам международно-правового регулирования иностранных инвестиций.

Конвенции о поселении и двусторонние договоры о дружбе, свободной торговле и мореплавании, практикуемые в XIX и XX вв., создавали постепенно фундаментальные правовые основы инвестирования за рубежом. Впоследствии в ходе развития международно-правового регулирования инвестиционных отношений наступил процесс рационализации экономического поведения развивающихся государств. Они начали активнее заключать двусторонние соглашения о поощрении и защите зарубежных капиталовложений, так называемые двусторонние инвестиционные договоры (ДИД), а также стали принимать на национальном уровне специальные законы об иностранных инвестициях. Основная цель ДИД заключается в том, чтобы с помощью правовых средств обеспечить в условиях социально-экономического кризиса относительную стабильность воспроизводства и свободу движения капиталов в рамках мировой хозяйственной системы и особенно обеспечить приток иностранных инвестиций в развивающиеся государства, обезопасив их в первую очередь от так называемых некоммерческих (политических) рисков.

Конвенционное развитие МИП фактически началось только в середине ХХ в., когда пошла масштабная практика заключения международных двусторонних инвестиционных договоров. Международное инвестиционное право продолжает в значительной степени оставаться совокупностью юридических источников договорного и недоговорного характера. По мере эволюции МИП соотношение между ними менялось, причем этот процесс происходил довольно зигзагообразно. Но постепенно конвенционные нормы стали цементирующей основой международно-правового режима иностранных инвестиций. При этом принципиально важным положением является то, что общие принципы международного права играют важную роль в определении правового статуса международных инвестиций. Общие принципы международного права нашли свое логическое предопределение в утверждении так называемых международных стандартов режима зарубежных капиталов, которые по совокупности обозначены в международной договорной практике как стандарт справедливого и равного режима. Последний, опираясь на фундаментальные принципы международного права, выполняет не прямую, а опосредованную функцию при защите иностранных инвестиций на территории государства-реципиента. Объединив как бы под своим крылом неконвенционные и конвенционные нормы, МИП призвано обеспечить гармоничное их соотношение, направленное на установление взаимовыгодного баланса интересов государства-экспортера и инвестора.

В конце XIX в. возникла, а в начале XX в. укоренилась новая доктрина латиноамериканских юристов (доктрина Кальво), которая основывалась на реакции латиноамериканских стран против несправедливых, по их мнению, форм дипломатической защиты своих граждан, проводимых западными странами на этом континенте. Кальво, подвергая критике международный минимальный стандарт, противопоставил ему так называемый национальный стандарт, в основе которого лежат принципы территориального суверенитета государств. Доктрина Кальво не выступает против принципов, присущих международному стандарту в отношении национализации иностранной собственности, который требует проведения принудительного изъятия собственности только в целях "общественной нужды", а также "недискриминации" и "адекватной компенсации".

Все эти правовые нормы закреплены в законах латиноамериканских государств. Но согласно этой доктрине изложенные выше принципы имеют не международно-правовую, а национально-правовую природу. Поэтому все споры должны решаться национальными судами и в соответствии с внутренним законодательством.

Доктрина ответственности государств за ущерб, причиненный иностранцам и их имуществу, основывалась на позиции, что государство имеет право осуществлять дипломатическую защиту его граждан, которым был нанесен ущерб в результате действий, совершенных в нарушение международного права другим государством, которое не в состоянии возместить ущерб в соответствующем порядке. В основе латиноамериканской доктрины лежат следующие правовые положения: иностранные фирмы не должны пользоваться преференциальным режимом; иски в отношении иностранцев в стране осуществления инвестиций должны быть предметом рассмотрения в национальных судах той же страны, а не в международных арбитражных судах; дипломатическая защита может быть осуществлена государством национальности иностранца только в случаях прямого нарушения международного права. Эти правовые нормы закреплены во многих латиноамериканских конституциях и договорах с иностранными инвесторами.

Во второй половине ХХ в. мир переживал настоящий инвестиционный бум. После распада колониальной системы перед бывшими метрополиями встал вопрос об обеспечении гарантий иностранных инвестиций в их бывших колониях, которые продолжали оставаться основными экспортерами капитала. Освободившиеся страны опасались, что иностранцы установят контроль над добычей ископаемых и над ключевыми отраслями производства.

В 70-е гг. ХХ в. наблюдалась вспышка весьма решительной критики многонациональных компаний, а также вызовов традиционным западным концепциям защиты инвестиций в рамках международного права, в основном в виде важнейших резолюций ООН. Острие критики было направлено против ТНК как таковых, но за рамками обсуждения остались вопросы о том, какие нормы и методы на многосторонней основе должны применять государства для регулирования иностранных инвестиций, основное внимание было сосредоточено на обязательствах транснациональных корпораций и на законности государственного регулирования их деятельности. Ключевым моментом в таком подходе была попытка разработать глобальный Кодекс ООН по поведению ТНК (от которой отказались в 1992 г.).

Центральным пунктом ожесточенных дебатов стал вопрос о государственном суверенитете, апогеем которых стала формулировка "постоянного суверенитета над природными ресурсами и экономической деятельностью". Базовые положения авторитетных резолюций ООН (3201, 3202, 3281) подчеркивают следующее: исключительное применение национального права; право государств принудительно изымать иностранную собственность и отменять соглашения, причем компенсация регулировалась бы исключительно национальным законодательством; отказ от международного арбитража в качестве механизма регулирования инвестиционных споров в пользу исключительной юрисдикции национальных судов (доктрина Кальво), а также отказ от гарантированных международным правом привилегий и гарантий для иностранных инвесторов; требование о предоставлении развивающимся странам преференциальных режимов во многих областях (технология, финансы, торговля).

Дебаты 70-х гг. ХХ в. вокруг ТНК ставили вопрос об иностранных инвестициях исключительно в плоскости конфликта международно-правового регулирования, с одной стороны, и заинтересованностью западных государств-экспортеров в защите своих зарубежных компаний - с другой. С этой точки зрения приоритетное национальное регулирование на основе исключительного суверенитета над естественными ресурсами было выгодно для принимающего государства. В то же время регулирование иностранных инвестиций прежде всего в соответствии с традиционными нормами международного права отвечало исключительно интересам государства, откуда происходили инвестиции. Большинство участников авторитетных дискуссий оспаривали традиционное международное право, базирующееся на западных доктринах, поэтому известные резолюции ООН, рожденные в ходе этих споров, заранее были обречены на провал. Позиции стран третьего мира, сформулированные на форумах ООН, поскольку они были приняты большинством голосов стран третьего мира, так и не были приняты западными странами.

Источники МИП имеют свою определенную специфику. Это выражается в гармоничном сочетании и взаимодействии конвенционных норм с нормами "мягкого права", которые имеют недоговорной характер. К их числу касательно нашей темы относятся, например, Декларация ООН об установлении нового международного экономического порядка 1974 г., Руководящие принципы МБРР по режиму иностранных инвестиций 1992 г. Международно-правовой анализ международных двусторонних, региональных и многосторонних договоров, регулирующих иностранные инвестиции, показывает, что они направлены на консолидацию системы международного инвестиционного права.

Договорные источники МИП, имплементируясь в национальную правовую систему, юридически закрепляют принципы, нормы и правила, которые определяют правовой режим иностранных инвестиций с момента их запуска и учреждения до момента их ликвидации. Хотя МИП охватывает, еще раз подчеркнем, совокупность правовых источников договорного и недоговорного характера.

Среди первых следует назвать международные двусторонние соглашения о взаимной защите капиталовложений, которые составляют не имеющий прецедентов по своим масштабам массив. Речь идет о так называемых двусторонних инвестиционных договорах. Общепринято считать, что они создают надежный дополнительный механизм правового регулирования иностранных инвестиций. К числу первых относятся также двусторонние соглашения об избежании двойного налогообложения, в соответствующем порядке регулирующие отношения, связанные с иностранной инвестиционной деятельностью.

Фундаментальными источниками МИП являются два многосторонних договора: Вашингтонская конвенция об урегулировании инвестиционных споров между государством и юридическими и физическими лицами других государств 1965 г., учредившая Международный центр об урегулировании инвестиционных споров; Сеульская конвенция об учреждении Международного агентства по гарантиям инвестиций 1985 г.

Продвинутые нормы, заложенные в ч. V Договора к Европейской энергетической хартии 1994 г., имеют важный источниковедческий характер для всей системы МИП.

Новеллой стали правовые нормы, заложенные в соглашения, действующие в рамках ГАТТ/ВТО: Соглашение по инвестиционным мерам, связанным с торговлей (ТРИМС), регулирующее законотворчество государств-членов в части установления режима внешнеэкономических связей предприятий с иностранными инвестициями; Генеральное соглашение по торговле услугами (ГАТС), определяющее режим инвестиций, осуществляемых в форме финансовых услуг; Соглашение по торговым аспектам охраны прав интеллектуальной ответственности (ТРИПС), под влиянием которого находятся инвестиции, осуществляемые в форме интеллектуальной собственности. Все эти три соглашения, являющиеся составными неотъемлемыми частями системы ГАТТ/ВТО, в большей или меньшей степени могут также выступать источниками правового регулирования иностранных инвестиций.

В числе источников МИП можно назвать ряд международных региональных договоров в рамках СНГ, ЕС, Андского пакта, АСЕАН, НАФТА и др.

Неконвеционными источниками международного инвестиционного права выступают: Руководство для многонациональных предприятий, принятое в рамках ОЭСР 27 июня 2000 г., о признании того, что деятельность ТНК находится в сфере действия внутригосударственного права; Кодекс движения капиталов и Кодекс текущих операций ОЭСР 1992 г.; Руководство по режиму иностранных инвестиций Мирового банка 1992 г. и др.

Определенную роль для унификации юридических понятий в исследуемой сфере имеют и другие документы ОЭСР, играющие факультативную роль в МИП: Национальный режим для предприятий, контролируемых иностранцами 1993 г., Процедуры контроля за слиянием и поглощением компаний 1994 г., Принципы корпоративного управления 1999 г. и т.д.

Эти и другие международно-правовые документы неконвенционного характера, кодифицирующие нормы обычая, не имеют как таковой юридической силы, но они оказывают значительное влияние по мере своих возможностей на дальнейшее развитие МИП. В частности, они использовались при разработке модельных двусторонних соглашений о взаимной защите капиталовложений, Проекта МИС, инвестиционных положений Договора к Европейской энергетической хартии.

<< | >>
Источник: И.З. Фархутдинов. Международное инвестиционное право и процесс. 2010

Еще по теме 2.2.3. Конвенционное развитие МИП:

  1. § 3. Международный конвенционный механизм реализации
  2. 2.2.5. Субъекты МИП
  3. 8.2.1. Конвенционная защита
  4. 2.2.4. Понятие МИП, его система и источники
  5. 2.2.1. МИП - самостоятельная отрасль международного экономического права
  6. 11.1. Особенности международного арбитражного права иностранных инвестиций как института МИП
  7. Глава VIПСИХИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАК РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ: ТЕОРИЯ ПСИХОСОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ Э. ЭРИКСОНА
  8. § 1. Планирование экономического и социального развития муниципального образования. Содействие развитию отраслей народного хозяйства
  9. Пространственное развитие в комплексном социально-экономическом развитии муниципального образования
  10. Глава XIСТАДИАЛЬНОСТЬ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕКА: ПРОБЛЕМА ПЕРИОДИЗАЦИИ РАЗВИТИЯ В ОНТОГЕНЕЗЕ
  11. § 1. Условия психического развития и развития личности
  12. Глава VПСИХИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАК РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ: ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКИЙ ПОДХОД
  13. Глава IXПСИХИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАК РАЗВИТИЕ ИНТЕЛЛЕКТА: КОНЦЕПЦИЯ Ж. ПИАЖЕ
  14. Глава IVТЕОРИИ ДЕТСКОГО РАЗВИТИЯ ПЕРВОЙ ТРЕТИ XX в.: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ ФАКТОРОВ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ
  15. Глава VIIПСИХИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ РЕБЕНКА КАК ПРОБЛЕМА НАУЧЕНИЯ ПРАВИЛЬНОМУ ПОВЕДЕНИЮ: БИХЕВИОРИЗМ О ЗАКОНОМЕРНОСТЯХ ДЕТСКОГО РАЗВИТИЯ
  16. 13.1. Экономическое развитие и его уровень. Показатель экономического роста и развития
  17. ЗОНА РАЗВИТИЯ РАЗРУШЕНИЯ кости (син. зона развития трещины, зона радиальных рубцов, зона сдвига)