<<
>>

3.2. Попытки преодоления разрыва в уровнях развития

Разрыв в уровнях социально-экономического развития между странами и территориями мира наблюдается на протяжении всей истории человечества.

Понятые разрыла в уровнях развития

Пять тысяч лет тому назад, когда на территории современной России се обитатели занимались преимущественно охотой и рыболовством, в Шумере и Египте уже существовали орошаемое земледелие и развитое животноводство, изготавливались самые разнообразные орудия труда, была письменность.

Наследовавшие этим цивилизациям Греция и Рим, древние Вавилон, Иран,

Индия, Китай также демонстрировали более высокий уровень социально-экономического развития по сравнению с остальными регионами мира. 13 средние века уровень развития Китая и других восточных цивилизаций превосходил уровень развития Европы и России. Наконец, в наше время сравнительно небольшая группа развитых стран (около 30) существенно превышает по уровню социально-экономического развития остальные полторы сотни стран мира. Таким образом, разрыв в уровнях социально-экономического развития — это прежде всего разница в уровнях развития между развитыми странами и всеми остальными странами (хотя и внутри группы развитых стран разрыв доходит до двух с лишним раз, например, между США и Грецией, если судить по их ВВП на душу населения).

Вероятно, разрыв в уровнях социально-экономического развития между странами и регионами мира будет существовать и в будущем. Если до сих пор в средних и крупных по размеру странах сохраняется (а по прогнозам, будет сохраняться и далее) сильный разрыв в уровнях развития между областями, штатами, землями, то тем более он будет существовать между странами мира.

Размеры разрыва в уровнях развития

Нынешняя картина в уровнях социально-экономического раз-вития, если судить только по одному показателю — размеру ВВП/ВИП на душу населения — такова. В 1997 г. среднемировое производство ВНГ1 на душу населения составило 5130 долл., в том числе в 25 странах — лидерах по этому показателю его величина в среднем достигла 25 700 долл., а средневзвешенный показатель для всех, остальных стран (это почти все развивающиеся и пост- социалистические страны) равнялся 1250 долл., т.е, страны — ли-деры опережали остальной мир по этому показателю почти в 21 раз.

Если пересчитать производство ВНЛ надушу населения по ППС,то среднемировой показатель составит 6330 долл., в странах — лидерах — 22 770 долл., а в остальных странах — 3230долл., т.е. разрыв уменьшится до 7 раз.

Таким образом, разрыв хотя и велик, но в реальной жизни он меньше, чем следует из обменных курсов, так как в ряде развитых стран они завышены (прежде всего в Японии, Германии, Франции), ав большинстве остальных стран мира, наоборот, занижены (в Китае и Индии, например, в 4 раза). Еще меньше этот разрыв будет, если оценивать его по индексу человеческого развития: между первыми пятью странами по этому показателю и последними пятью он составляет 5 раз, так как разница между ними в продолжительности жизни и охвате образованием населения меньше, чем по ВВП/ВНП на душу населения. Ведь между наиболее богатой страной мира — Люксембургом (34 460 долл. на душу населения) и наиболее бедной страной — Эфиопией (510 долл. на душу населения) разрыв по этому показателю составляет, как нетрудно убедиться, почти 68 раз.

Состав лидирующих и отстающих по уровню социально-экономического развития стран медленно, но меняется. С одной стороны, одна из наиболее развитых стран мира а древности и сре-дневековье, Индия, сейчас является фактически одной из наименее развитых стран (из-за ее гигантских размеров Индию не включают в эту группу стран, хотя ее бывшая часть — Бангладеш, уровень развития которой сейчас близок к Мидии, включена в зту подгруппу). С другой стороны, Северная Америка, Австралия и Новая Зеландия, несколько сотен лет назад являвшиеся одними из наиболее отсталых регионов мира, сейчас относятся к наиболее передовым.

Ускорение процессом уменыиегшя/уясличения разрыва

в уровнях развития

Превращение из отсталой в развитую страну сейчас идет быстрее, чем раньше. Так, Японии для этого понадобилось около 70—100 лет (с 60-х гг. XIX в. по 30-е гг. и окончательно в 60-е гг. XX в., когда ее приняли в ОЭСР), а Южной Корее — около 40— 50 — лет (с начала 50-х гг. до 90-х гг.

текущего столетия, когда Республика Корея вступила в ОЭСР). Правда, и обратный процесс идет также быстро; в России за 90-е гг. ВВП на душу населения по паритету покупательной способности сократился почти в 2 раза — с 6930 долл. в конце 80-х гг. до примерно 3800 долл. в 1998 г. (по более современным оценкам Госкомстата России, — с 12 000 до 6700 долл.).

Интенсификация процессов уменьшения/увеличения разрыва в уровнях развития произошла за счет ускорения темпов роста экономики в расчете надушу населения в последние 100-200 лет. На протяжении почти всей истории человечества рост экономики едва превышал рост населения. Однако в последние столетия он стал ускоряться. Среднегодовые темпы прироста ВВП надушу на« селения ныне развитых стран составляли в XVIII в. около 0,3— 0,6%, в XIX и начале XX в. они достигли (в отдельные десятиле-тия) 1,7%, а затем упали в результате двух мировых войн и кризиса 30-х гг., но во второй половине XX в. вновь возросли до 2,6% (пик был достигнут в 60-е гг.). В этом историческом «рывке» наряду с европейскими государствами приняли участие и неевро-пейские страны, которые в первой половине XIX в. еще были фе-одальными (Россия, Япония) или странами переселенческого ка-питализма (Северная Америка, Австралия и Новая Зеландия, Южная Африка, затем Израиль).

Остальные страны мира оказались на долгое время в основном в стороне от этой зоны ускорения экономического роста. У большинства из этих стран, ныне называемых развивающимися, темпы экономического роста в расчете на душу населения в начале XIX в. были почти нулевыми или отрицательными, к концу XIX в. они увеличились до 0,1—0,2% в год, в начале XX в. достигли 1 % и во второй половине его колебались от 0,1 до 2,8%.

В результате тот сравнительно небольшой разрыв в уровнях социально-экономического развития, который существовал между Европой и остальным миром евге 200 лет тому назад, превратился в огромный разрыв между развитыми и развивающимися странами.

Разница между ними в объеме ВВП/БНП на душу на-селения по ППС почти отсутствовала в 1750 г., но в 1860 г. уже составляла почти 2 раза, в 1950 г. достигла 5,8 раз и в 1996 г. рав-нялась примерно 6,6 раза. В табл. 3.1 приведены данные, харак-теризующие темпы прироста ВВП по странам и регионам.

Успехи и неудачи в нреодолешш разрыва

В конце XX в. разрыв между развитыми и развивающимися странами, если исходить из темпов роста ВВП в расчете на душу населения, в целом не увеличивается (хотя в одних регионах отставание возрастает, например, в Африке, а в других — оно сокращается, например, ц Юго-Восточной и Южной Азии) и даже имеет тенденцию к сокращению. Это подтверждается уменьшением разрыва между развитыми и развивающимися странами по дфугим показателям: продолжительности предстоящей жизни, грамотности взрослого населения, потребления калорий, детской смертности.

Однако это происходит преимущественно за счет очень бы-строго прогресса в подгруппе новых индустриальных стран (в том числе потенциальных), В то же время для наименее развитых стран характерным остается дальнейшее увеличение их отставания от развитых государств {по объему ВВП надушу населения, потреблению калорий, детской смертности). В этих странах в 80—90-е гг. фактически происходила экономическая катастрофа (стимулированная жсстокоЙ засухой в странах южнее Сахары), выразившаяся в долговременном падении темпов экономического роста ниже темпов прироста населения, и которая, судя по некоторому ускорению темпов экономического роста в конце 90-х гг., уже заканчивается.

Что касается новых индустриальных стран, то некоторые из них продемонстрировали в течение длительного периода такие темпы экономического роста, которые ранее не наблюдались в мире, Превратившиеся сейчас в развитые страны Южная Корея и Сингапур имели в 1965»! 980 гг. среднегодовые темпы роста ВВП в расчете на душу населения соответственно 7,3 и 8,3%, а в последующие полтора десятилетия — 8,2 и 6, [%. Путь, проложен- иый Японией, был повторен ими с еще большей скоростью.

На этот путь вступило и нынешнее поколение новых индустриальных стран Азии и Латинской Америки.

Экрномичсский кризис конца 80-х - начала 90-х гг. в постсоциалистических странах Центральной и Восточной Европы (трансформационный спад, связанный с началом радикальных экономических реформ) закончился, и большинство из этих стран имеет ощутимый рост ВВП на душу населения. Однако в большинстве стран — членов СНГ экономический кризис перерос и экономическую катастрофу — снижение ВВП гю продолжительности и размерам достигло невиданных в современной истории масштабов.

Таким образом, высокие темпы экономического роста, характерные для последних десятилетий, дали возможность ряду стран ликвидироватьевое отставание от развитых стран и стать членами этой группы. Однако этот путь был достаточно сложным и сопровождался срывами. Так, финансовый кризис 1997—1999 гг. затормозил экономический рост большинства новых индустриальных стран. Другим примером может быть Аргентина. В этой переселенческой стране уже в конце XIX п. размер национального дохода на душу населения был на уровне многих развитых стран, а и последующие три с лишним десятилетия темпы экономического роста в Аргентине оставались одними из самых высоких и мире. Тем не менее политическая и социальная нестабильность в стране на протяжении большей части послевоенного периода замедлила этот экономический рост, превратив его в экономический спад. Лишь в 90-е гг. в Аргентине возобновился быстрый экономический рост. Но к этому времени она уже отставала от всех развитых стран и фактически начинала вторую попытку догнать их.

Россия: попытки преодоления отсталости В некоторых странах предпринималась много таких попыток. В России первая попытка была предпринята еще Петром I. Однако стремление догнать развитые страны без изменения социально- экономической системы принесло лишь частичный успех в начале XVIII в., а затем возникло отставание, которое особенно нарастало в первой половине XIX в. Вторая попытка была предпринята после реформы 1861 г., половинчатой и растянута ей ся на четверть века, но так и не завершившейся переходом от традиционной (феодальной в случае России) системы к рыночной.

Начавшийся с середины 1880-х гг. быстрый рост экономики, ставшей уже преимущественно рыночной, составил із последующие трид- цатьлетн среднем 1,75% в год в расчете надушу населения (против 1,6% на Западе). В результате Россия медленно, но псе же сокращала свое отставание от Запада по уровню развития. Мировая и гражданская войны, последовавшие за ними послевоенное вос-становление и НЭП стал і-ї периодом с тле одной системной реформы, но уже по переходу от рыночной к административно-командной экономике. Вслед за ней была предпринята третья попытка преодолеть разрыв в уровнях развития, но уже в рамках другой социально-экономической системы. Частично эта попытка удалась, так как стране тяжелейшими усилиями удалось добиться за 1928-1955 гг. (исключая 1941-1950 гг.) среднегодовых темпов прироста ВНП в расчете на душу населения в размере 4, \%. Однако последовавшее затем сокращение темпов экономического роста, упавших в 70-80-е гг. до уровня ниже, чем в развитых странах, не позволило до конца реализовать к эту попытку. «Перестройка» конца 80-х — начала 90-х гг. обратно в русло рыночной экономики создает предпосылки для новой попытки ликвидировать разрыв в уровнях развития между Россией и развитыми странами, од-нако, как и предыдущие «перестройки», это все периоды медленного или отрицательного экономического роста, лишь закладывающего предпосылки для возможного будущего рывка. Нынешняя «перестройка» особенно сильно сказалась на динамике экономического роста, снизив ВВП надушу населения иа 45%, Таким образом, значительная часть будущих положительных темпов роста пойдет на простое Восстановление «доперестроечного» уровня конца 80-х гг. В ряде других стран — членов СНГ размеры этой экономической катастрофы оказались еще больше, но в некоторых они были несколько меньше (Узбекистан» Белоруссия).

. Менее драматичным и более коротким был спад, связанный с переходом к другой экономической системе {трансформационный спад), для большинства стран Центральной и Восточной Ев-ропы, которые уже начали восстанавливать или даже восстановили свой дореформенный экономический объем ВВП надушу населения.

Успехи Китая Что касается азиатских стран с переходной экономикой, то в них (за исключением Монголии) никакого трансформационного спала не наблюдалось, а наоборот, во Вьетнаме и Китае быстрый рост ВВП на душу населения произошел буквально в первый год системных реформ. Так, в Китае, гдг неплохие по мировым стандартам темпы прироста ВВП на душу населения наблюдались и в 50-60-е, а также 70-е гг. (3,8, 2,1 и 4,4% соответственно), экономический рост получил быстрое ускорение сразу после начала реформ (7,3% - в 80-е гг. и 10,4% - в 90-е гг.). В результате ВВП на, душу населения в этой стране за 50—90-е гг. вырос в 12 раз, почти до 4000 долл. по паритету покупательной способности. Сохраняя подобную экономическую динамику, Китай имеет шансы приблизиться к развитым странам и затем, возможно, войти в их число.

Модели догоняющего развития

Экономическая стратегия, преследующая цель преодолеть отставание страны по уровню развития, называется догоняющим развитием. Широко известны две модели догоняющего развития: импортозамещающая и экспортоориентированная.

Базирующаяся фактически на меркантилистской теории, импортозамещающая модель в полном объеме сложилась вначале к послереволюционной России, затем в других социалистических государствах, а также в крупных странах Латинской Америки и Азии (Аргентине, Бразилии, Мексике, Индии, Пакистане). Частично этой модели придерживались в 30—140-е гг. и многие развитые страны.

Суть дайной модели заключается в протекционизме по отношению к большинству отраслей национальной экономики, часто подкрепленном государственной монополией внешней торговли и неконвертируемостью национальной валюты. Протекционизм благоприятствует развитию импортозамещающих отраслей, мо-нополия (полная или частичная) внешней торговли также ослабляет конкуренцию отечественным товарам со стороны иностранных, а неконвертируемость национальной валюты препятствует вывозу национального капитала, концентрируя его во внутренних капиталовложениях.

Данная модель способствует созданию многоотраслевой эко~ номики, включая самые современные производства. Однако на практике сокращается лишь импорт потребительских товаров, а импорт инвестиционных товаров растет, увеличивается дефицит конвертируемой валюты и, главное, многие новые (и даже старые) отрасли национальной экономики оказываются неконкуреито- способными на мировом рынке, так как создавались или привыкли к «тепличным» условиям протекционизма.

Экспортоориеитироваиная модель сложилась еще в прошлом веке в наиболее развитых странах (примером может быть пионер индустриализации и свободы внешней торговли — Великобритания). Апеллируя к Смиту и Рикардо, сторонники этой модели смогли ее реализовать и в других, в том числе отстающих, странах. Ориентация создаваемых отраслей преимущественно на внешний рынок с самого начала заставляла их поддерживать высокую кон-курентоспособность, которая еще больше усиливалась, если страна имела небольшие (или нулевые) ввозные пошлины. Подобная экспортная ориентация могла сочетаться с активным привлечением к экспортному производству иностранного капитала, особенно если в стране были невысокие налоги, политическая и социальная стабильность и иностранному капиталу предоставлялись льготы. Однако во многих странах модель экспортоориента- ции включала и элементы импортозамещения, так как в ряде экс- портоориеытярованных отраслей сохранялись высокие ввозные пошлины.

Успешное использование экспортоориентированной модели, точнее, одной из ее модификаций (ориентация на экспорт, но без свободы доступа конкурирующих товаров и капиталов на внутренний рынок) Японией, а затем Южной Кореей подтолкнуло Китай и другие крупные страны Азии и Латинской Америки применить эту модель у себя. Однако максимально ее использовали (причем скорее в чистом, а не в модифицированном виде) те новые индустриальные страны, средние и малые размеры которых с самого начала не позволяли им создавать многоотраслевую экономику. Прежде всего это относится к таким космополитическим городам-государствам} как Сингапур и Гонконг, Несмотря на проблемы, вытекающие из усиления их участия в мировой экономике, страны, использовавшие экспортоориентированную модель развития, продемонстрировали ее преимущества, выразившиеся прежде всего в их высоких темпах экономического развития.

Цикличность экономического роста Попыткам преодолеть разрыв в уровнях социально-экономического развития препятствуют многие обстоятельства, и не в последнюю очередь — сохраняющаяся цикличность в темпах роста мировой экономики. Хотя за последние три десятилетия средне- гидошй темп роста ВВП мира составил 3,7% (в том числе 3,2% в 90-е гг.), он резко снижался в 1974-1975, 1989-1983, 1990-1991 и 1998-1999 п\ Последний мировой экономический кризис особенно сильно сказался на странах Восточной (кроме Китая) и Юго-Восточной Азии, а также на России и ряде других стран.

Подобные спады деловой активности не регулярны и отлича-ются по глубине падения ВВП и охвату стран. Глобализация мировой экономики делает их все более труднопредсказуемыми из- за того, что они могут зарождаться не только в Западной Европе и Северной Америке, как это было раньше, но и б других регионах мира (например, в Юго-Восточной Азии, как последний кризис) и уже оттуда распространяться. Попытки международных экономических организаций предотвратить мировые кризисы пока остаются малоэффективными, хотя их помощь в выходе из кризиса оказывается важной для многих стран.

<< | >>
Источник: Под ред. проф. A.C. Булатова. МИРОВАЯ ЭКОНОМИКA (Учебник). 2005

Еще по теме 3.2. Попытки преодоления разрыва в уровнях развития:

  1. 20. Уровни развития коллектива
  2. § 1. Классификация стран по уровню мирового развития
  3. 52. Уровни развития способностей и индивидуальные различия
  4. Показатели уровня развития градообслуживающей сферы
  5. 17.2. Дифференциация и выравнивание уровней экономического развития
  6. 3.2. Стадии и уровни развития психики и поведения животных
  7. Финансирование развития физической культуры и спорта на муниципальном уровне
  8. ТЕМА 3. Место и роль в мировой экономике стран с различным уровнем социально-экономического развития
  9. РАЗРЫВ
  10. ЗОНА РАЗРЫВА
  11. ФОКУС РАЗРЫВА