ЭСТЕТИКА КАК «ФИЛОСОФИЯ ПРЕКРАСНОГО». СООТНОШЕНИЕ ФИЛОСОФИИ И ИСКУССТВА

Вопрос о соотношении искусства и философии сложен не только потому, что он сложен по своему смыслу, но еще и потому, что это соотношение исторически менялось. Для эпохи Возрождения не было ничего эпатирующего в том, что Леонар­до да Винчи называл живопись «истинной философией», по­скольку живопись, по его словам, самостоятельно обнимает пер­вую истину.
Аналогичная миссия признавалась за поэзией и за архитектурой. Искусство в эпоху Возрождения вмещало в себя весь состав фундаментальных мыслей о мире, и поэтому оно шло рука об руку с философией.

Обособление эстетики, с одной стороны, и отделение фило­софии от теологии — с другой, привели к необходимости уста­новления более четкого соотношения между этими формами духовной деятельности, так же, как это происходило и в сфере соотношения искусства и науки. Для XIX в. на первый план выд­винулась проблема иерархического строения здания гуманитар­ных наук. Так, Шеллинг и романтизм вообще, ставя искусство (особенно музыку) выше науки, провозглашали его главенство и над философией, а Г.В.Ф. Гегель, наоборот, при всей призна­ваемой им значимости эстетического венчал здание самопозна­ния абсолютной идеи его высшей формой — философией.

Однако с кризисом рационализма изменился и тот смысл, который привносился западной философией в вопрос о соотно­шении искусства и философии. Стремление отчетливо развес­ти эти формы и установить между ними иерархическую субор­динацию сменилось как бы возвратившейся исторической тен­денцией к их совмещению или даже почти отождествлению. Однако, в отличие от ушедших исторических эпох, это очеред­ное сближение искусства и философии происходило уже на иных основаниях. Уже не поэзия, не живопись и не музыка, а художе­ственная проза признавалась естественной сферой этого содру­жества, и уже не искусство уподоблялось философии, что пред­полагает где-то в своей глубине большую значимость филосо­фии, но философия стала уподобляться художественной прозе, что, напротив, предполагает исходное превосходство искусства (продолжение линии романтиков).

Сначала А. Шопенгауэр и Ф. Ницше, затем Г. Риккерт и А. Берг­сон объединили философию и искусство на том основании, что они одинаково далеко отстоят от практики и то и другое есть целостное «созерцающее» постижение жизни, использующее не столько логику понятий, сколько иррациональную интуицию. Плодом этого совмещения стал новый жанр литературы — «ин­теллектуальная романистика» (Т. Манн и др ). Естественно, что такое сближение осуществлялось только в рамках тех направ­лений философии, которые строились на тезисе о бессилии логико-понятийных познавательных средств и потому неизбеж­но должны были ориентироваться на «сверхпонятийные» — ху­дожественные — способы постижения истины. Таково было, например, направление экзистенциализма, в русле которого тво­рили А. Камю, Г. Марсель и Ж.-П. Сартр; их философские сочи­нения были насквозь художественны, а художественные — на­сквозь философичны.

Вопрос о соотношении искусства и философии действитель­но является очень сложным и многоплановым.

Между этими двумя видами духовной деятельности человека, несомненно, есть глубокое родство, но нет полного внутреннего тождества. Философия и искусство, как говорил М.М. Бахтин, «нераздель­ны, но и неслиянны» Совместно противостоя на современном этапе развития культуры науке благодаря отсутствию у них кон­кретного объекта познания, эти формы духовной деятельности все же противопоставимы с точки зрения своих познавательных средств, конечной цели и своего языка. Философия в этом смыс­ле ближе к науке — она тяготеет к логико-понятийному аппара­ту, к систематичности, к тому, чтобы высветить свои выводы в рационально воспроизводимых формах рассуждения. Искусст­во же, в принципе, ориентировано на образно-символические формы познания и выражения, которые не предполагают своей рассудочной воспроизводимости. Раскрыть и прокомментировать смысл образа или символа можно только с помощью другого (изоморфного) символа или образа. Растворить смысл образа в понятиях невозможно, как невозможно и лишить его индиви­дуально-личностной окраски путем обобщающей абстракции. Возможна лишь относительная рационализация смысла образа или символа, но при этом сразу же изменится и познаватель­ная парадигма: из сферы искусства данный смысл, подвергший­ся рационализации, сразу же перейдет в область науки и фило­софии.

Искусство и философия, таким образом, — это взаимозави­симые, но различные формы общественного сознания, которые, несмотря на всю близость (но не тождественность) своих содер­жательных областей, на свою равную направленность на пре­дельно общие вопросы духа и бытия, отличаются методом по­знания и выражения. Философия в сущности может быть (хотя это и не всегда так) растворена в понятиях и подана в безлич­ной форме (хотя бы в педагогических целях), искусство же не поддается такому — педагогическому — растворению и обезли­чиванию. Здесь схвачены как бы разные модусы человеческого сознания, его разные состояния и разные по форме виды дея­тельности. Это многоразличие духовных состояний — одно из самых ценных свойств человеческого сознания. Унификация смыслов, их сведение к одному знаменателю обедняет как сами смыслы, так и самого унификатора.

Сказанное, конечно, не значит, что художественная проза не должна «философствовать», а философия должна оперировать только сухими рассудочными схемами. Любое сближение про­тивоположностей рождает новое, третье, качество, не аннули­руя исходную пару. Так, «интеллектуальная романистика», обо­гатив европейскую культуру именами Т. Манна и Ж.-П. Сартра, отнюдь не отменила тем самым «внероманную» философию и «внефилософскую» прозу. Культура живет в своих самых раз­ных формах и разновидностях, и она только выигрывает в этом богатстве от периодически возникающих скрещений. Искусство и философия по-разному (в этом и состоит их ценность) удов­летворяют высшие потребности духа. Чем свободнее и много­различнее духовная жизнь общества, тем естественнее и орга­ничнее оно развивается.

<< | >>
Источник: В.Э. ВЕЧКАНОВ Н.А. ЛУЧКОВ. ФИЛОСОФИЯ (Учебное пособие) Второе издание. 2013

Еще по теме ЭСТЕТИКА КАК «ФИЛОСОФИЯ ПРЕКРАСНОГО». СООТНОШЕНИЕ ФИЛОСОФИИ И ИСКУССТВА:

  1. ФУНКЦИИ ФИЛОСОФИИ; ЕЕ СООТНОШЕНИЕ С ОБЫДЕННЫМ СОЗНАНИЕМ, НАУКОЙ, РЕЛИГИЕЙ, ПОЛИТИКОЙ, ИСКУССТВОМ И ДР.
  2. ТЕМА 26 мир эстетики, искусство
  3. ЧЕЛОВЕК КАК ПРЕДМЕТ ФИЛОСОФИИ
  4. 3.6.1 Философия как логика науки
  5. ДРЕВНЕГРЕЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ КАК ИДЕОЛОГИЯ РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА
  6. Под редакцией проф. Ю.В. Крянева, проф. Л.Е. Моториной. ИСТОРИЯ И ФИЛОСОФИЯ НАУКИ (ФИЛОСОФИЯ НАУКИ) (2-е издание, переработанное и дополненное), 2009
  7. 1. Современная философия науки как изучение обших закономерностей научного познания в его историческом развитии
  8. Лекция 16 Социальная оценка техники как прикладная философия техники
  9. 1. 4. Философия и наука.
  10. УМЕРЛА ЛИ ФИЛОСОФИЯ? ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
  11. ФИЛОСОФИЯ ИСТОРИИ
  12. ФИЛОСОФИЯ В.С. СОЛОВЬЕВА
  13. Тема 2. Исторические типы философии
  14. ФИЛОСОФИЯ ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОЙ ЭПОХИ
  15. ПРЕДПООСЫЛКИ ФИЛОСОФИИ А. ШОПЕНГАУЭРА
  16. ПОНЯТИЕ И РАЗВИТИЕ АНАЛИТИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ
  17. ФИЛОСОФИЯ АВГУСТИНА