5.2. Наследники идей Л.Н. Гумилева

Евразийство после десятилетий забвения (запреты власть пре­держащих, усилия «придворных» ученых и т.д.) вновь возрожда­ется, причем процесс этот идет весьма стремительно. Об этом говорит поток публикаций в журналах и газетах. Вышло не­сколько номеров евразийского обозрения «Элементы», сборника «Пути Евразии» и, наконец, самое главное — рост тиражей, переизданий работ историка, этнографа, географа Л.Н. Гумилева. Таким образом, интерес к его работам, идеям первых русских евразийцев, которые он вызвал из забытья, нашел признание у самого широкого круга читателей, а сама наука геополитика ста­ла предметом изучения студентов вузов. Евразийство вновь вызывает интерес и в других странах ми­ра: от самых больших — сверхдержав, до самых крошечных — Великое княжество Монако или Лихтенштейн. Американские геополитики, политологи, советники президентов и монополий регулярно в течение 90-х годов двадцатого столетия публикуют обстоятельные аналитические материалы по проблемам: Россия; Россия и Европа, Россия между Европой и Азией. В число специалистов-евразийцев в входят американские ученые русского или советского происхождения: А. Рязановский, А. Янов, американский геополитик М. Вассин, политолог, бывший советник Президента США Д. Картера по национальной безопасности, а ныне советник крупной американской корпорации 3. Бжезинский. Увлекается проблемами евразийства даже философ и социолог, гроживающий в западной Африке, Дикенбе Мутомбо. В своих трудах он демонстрирует хорошее знание работ Гумилева. Великий князь Владимир Кириллович говорил о евразийстве следующее: Течение это незаслуженно предано забвению, между тем как мно­гое в идеях Вернадского и Трубецкого, Зелинского и Савицкого, Кар­савина, Иванова, барона Унгерна удивительно актуально именно се­годня. Я имею в виду прежде всего идеи о том, что исторические судьбы России неотделимы от судеб Азии, Евразийского Севера, Турана и, следовательно, тюркских народов. Российская империя могла бы стать, но не стала евразийской. К сожалению, славянство и Туран, Русь и Степь — это великие космосы с их глубинными духовными гео­политическими связями, — убежден, еще найдут в себе силы и энер­гию для нового взаимообогощающего синтеза. И идеи мыслителей ев­разийцев еще окажут весьма ценную помощь этому мирному объеди­нительному процессу13. Последователи евразийцев сделали не только геополитические выводы из их наследия, но и сформировали целое направ­ление в науке, получившее название «неоевразийство». Это направление имеет несколько разновидностей. Одно из них — представители течения национальной идеократии имперского континентального масштаба. Они объединились вокруг газет «День», «Завтра», журнала «Элементы». Это течение основывается и развивает идеи П. Савицкого, Г. Вернадского, кн. Н. Трубецкого, Л. Гумилева. Они противостоят либеральному упадничеству и узкоэтническому национализму. В их исследованиях Россия — это ось геополитического «большого пространства». Ее задача и миссия — создание империи евразийского социализма. Либеральную экономику, создаваемую российскими реформаторами, они считают признаками атлантизма. А. Дугин пишет: Советский период российской истории рассматривается как модернистская форма традиционного русского национального стремления к планетарной экспансии и «евразийскому антиатлантическому универсализму». Теория пассионарности Л.Н. Гумилева обогащается учения­ми о «циркуляции элит» итальянского социолога В. Парето и религиоведческими взглядами школы европейских традициона­листов Генона и Эвола (идеи традиционалистов: «кризис совре­менного мира», «деградация Запада», «Десакрализация цивили­зации» и другие являются важными компонентами этого тече­ния неоевразийцев) Опираясь на знания концепций Хаусхофера, Шмитта, Никиша, «новых правых» (Жана Тириара, Карло Террачано и др.), эта школа неоевразийцев понимает Европу как континенталь­ную силу.
Обозначенные аспекты парадигмы были незнакомы П. Савицкому, Г. Вернадскому, Н. Трубецкому — в ту пору США еще не набрали соответствующий геополитический вес, который имеют сейчас. Это течение неоевразийцев признает стратегическую важность Европы для завершенности евразий­ского «большого пространства». Следующая особенность современного неоевразийства — идея континентального русско-иранского союза. Выбор ислам­ских стран, прежде всего Ирана, Ирака, в качестве стратегического союзника является базой антиатлантической стратегии на юго-западе Евразии. Тюркские народы и русские, ислам и пра­вославие имеют положительную комплиментарность, совпадение экономических и политических интересов. Это объективно объ­единяет народы и страны этого региона для противодействия антитрадиционному, утилитарно-прагматическому Западу со всеми его разновидностями неополитических проектов. Неоевразийство данного течения совершенно не приемлет ни атлантизма, ни мондиализма и немногим благосклоннее смотрит на европеизм и умеренный континентализм европей­ских геополитиков, который для них представляется промежу­точной реальностью. Эта разновидность неоевразийства имеет много точек соприкосновения с другими альтернативными гео­политическими проектами: исламским «социализмом», европей­ским национал-большевизмом, геополитикой стран Африки и Латинской Америки. Другое течение неоевразийства поддерживает и развивает идеи, призванные воссоздать экономическое взаимодействие бывших республик СССР. В них речь идет в основном об «экономическом евразийстве». С этой идеей уже несколько лет выступает президент Казахстана Н. Назарбаев. Лидер КПРФ Г. Зюганов в книге «Россия — Родина моя» развивает идею «сбалансированного мира», основы которого по­коятся не на мондиалистских утопиях, а на геополитическом равновесии Больших Пространств, цивилизаций и этноконфессиональных «центров сил», учете законных интересов всех госу­дарств, больших и малых народов. Роль гаранта такого сбалан­сированного мира смогла бы играть Россия — обновленная, преодолевшая кризис и укрепившая свою государственность на основе синтеза древних духовных традиций, советского народо-;властия с достижениями современного «технотроиного» века14. Свое понимание проблемы неоевразийства изложил в из­вестной книге «Последний бросок на юг» лидер ЛДПР В. Жири­новский. Это «великодержавный» проект, где имеется попытка обосновать экспансию России против стран СНГ, Афганистана, Пакистана, Индии, выйти к берегам Индийского океана, поме­шать реализации проекта «анаконда», душащего как Индокитай­ский полуостров, так и Евразию. Другие разновидности иеоевразийства: проекты выработки «национальной идеи», призывы к изучению наследия первых русских евразийцев во многом носят заказной идеологический характер, спекулируют на национальных чувствах русских или тюркских народов, национальных меньшинств. Под этими проектами нет более или менее прочной научной основы, серьезной теории и методологии, они искусственны, фрагментарны и не могут претендовать на признание в качестве самостоятельных и серьезных геополитических идеологий и методологий.
<< | >>
Источник: Нартов Н.А.. Геополитика. (Учебник для вузов). 1999

Еще по теме 5.2. Наследники идей Л.Н. Гумилева:

  1. 3.2. Обязательные наследники
  2. 3.1.2. Обязательные наследники
  3. 2.3.3. Наследники
  4. Наследники второй очереди
  5. Наследники седьмой очереди
  6. Наследники четвертой очереди
  7. ФИЛОСОФИЯ И НАУКА в ИСТОРИИ ИДЕЙ
  8. Наследники третьей очереди
  9. Наследники пятой очереди
  10. Наследники первой очереди